ЧЕЛОВЕК ЦЕННЕЕ КОНЦЕПЦИЙ

ЧЕЛОВЕК ЦЕННЕЕ КОНЦЕПЦИЙ


#христианский_брак #допустимость_развода #исключение_из_церкви #церковный_контроль #брак_с_неверующим

ЧЕЛОВЕК ЦЕННЕЕ КОНЦЕПЦИЙ
(Развод и брак, вопреки традиции).

Церковь время от времени вынуждена каким-то образом реагировать на различные проблемы в области супружества и семейных взаимоотношений. Кроме заурядных семейных конфликтов, развод, повторный брак, союз с представителем иной конфессии – самые частые вопросы, по которым священнослужители обыкновенно консультируют прихожан наших общин.

Ныне и я хотел бы высказаться на этот предмет, так как нередко получал и продолжаю получать письма с вопросами о том, как быть, если что-то в жизни сложилось не по одобряемому Церковью сценарию. Насколько глубоко церковные учреждения могут быть задействованы в регулировании столь личных вопросов? Возможно ли в этой деликатной области пользоваться стандартными шаблонами?

Безотносительно к именам и судьбам я попробую вкратце обобщить то, что я об этом думаю и о чём когда-то писал отдельным людям в личной переписке.
Итак, если сложилось всё так, что брак верующего человека затрещал по швам, и этот верующий человек принял ответственное решение – пойти на развод, какой реакции ему стоит ожидать от Церкви? Существует ли в этом случае перспектива создания нового супружеского союза без разного рода институционных наказаний и публичных осуждений со стороны Церкви? Права ли христианская община в том случае, когда она настаивает на сохранении брака во что бы то ни стало? Если настойчивость религиозной организации переплетена с угрозами дисциплинарных мер, не усугубляет ли она тем самым и без того немалую трагедию в личной жизни верующего?
Набор вопросов немалый, и конечно же я не ставлю перед собой задачу – разобрать все их детали, а всего лишь хочу поделиться мыслями, которыми я руководствовался в последние годы, давая те или иные советы в области семьи.
Лично я уверен в том, что именно по причине опасения огласки деталей семейного разлада люди слишком долго отказываются от постороннего участия и помощи со стороны духовных лиц их родной общины. Ведь никому не хочется публичных обсуждений этой сугубо личной сферы, различных сплетен, досужего поиска виновной стороны и назойливых нотаций со стороны «благополучных братьев и сестёр»…
Как известно, разводы никак не красят конфессиональные сообщества, и каждое здравое религиозное движение на протяжении всей своей истории борется за стабильные семьи – не только как за значительный показатель своей социальной полезности, но и – как за видимое подтверждение истинности своего духовного пути.
Забегу несколько вперёд, чтобы сообщить о том, что я конечно же рассматриваю брак – как одну из главных ценностей человеческого бытия. Однако по той причине, что всё в этом мире далеко от совершенства и всегда нуждается в исцелении, я обязан признать право христианина – развестись в том случае, если брак становится невыносимой психологической или, упаси Господь, физической пыткой.
Конечно же Церковь возросла в благодати относительно ветхозаветного закона о разводе. Уважаемому читателю хорошо известно о том, что Иисус недвусмысленно указал на то, что Тора содержит повеления, провозглашённые Богом со скидкой на человеческое жестокосердие, а вовсе не как Его абсолютная воля. Один из примеров этого – закон о разводном письме…
***Мф.19:8, Библия РБО «Моисей позволил вам разводиться с жёнами ИЗ-ЗА ВАШЕЙ ТУПОСТИ И УПРЯМСТВА, — говорит им Иисус. — А вначале было не так».
И всё же правда заключается в том, что наше возрастание в благодати по-прежнему несовершенно, и нынешние браки также рассыпаются, а тупость и упрямство всё ещё нередко встречаются в нашем мире…
По сути эту поправку на наше несовершенство или погрешность берёт во внимание и святой Павел, когда, высказываясь достаточно ясно против развода, он всё же признаёт то, что по меньшей мере женщине брак может стать невмоготу.
***1Кор.7:10,11 «А вступившим в брак не я повелеваю, а Господь: жене не разводиться с мужем, — если же разведётся, то должна оставаться БЕЗБРАЧНОЮ, или ПРИМИРИТЬСЯ с мужем своим, — и мужу не оставлять жены своей».
То есть, вполне могут быть случаи, когда жене придётся покинуть мужа, если к примеру – терпеть его уже нет сил… Как понимает уважаемый читатель, наличие сил – тема сугубо субъективная, а поэтому никаким церковным комитетам и должностным лицам объективно никогда не взвесить эти силы. Остаётся только одно – внимательно выслушивать человека, стараться его понять, и искренне сопереживать ему в его беде…
Конечно же нам известна позиция Библии относительно развода по причине случившегося прелюбодеяния, когда невиновная сторона получает легитимное право (не обязанность, а право) покинуть прежнее супружество и устроить жизнь заново. И всё же со слов Павла ясно и то, что как минимум жена (если читать приведённый выше текст буквалистски) может стать инициатором развода и не по причине супружеской измены… Однако такой развод не даёт ей право на повторный брак, и поэтому она должна либо вернуться к мужу, либо оставаться безбрачною.
Казалось бы, что тут непонятного? Всё – как белый день… Нет доказательств измены – живи себе и не рыпайся… А если всё же надорвалась и не стерпела – обречена на одиночество… Или же вернись к своему суженому…
Естественно, что вся эта библейская юриспруденция и житейская казуистика вкупе с народным – «стерпится-слюбится» – может изучаться и провозглашаться в качестве самых что ни на есть сухих, но незыблемых правил, созидающих наш строгий коллективный имидж… И всё же я уверен в том, что весьма нередко воображаемая универсальность этих правил способна доставить человеческой душе немалые сердечные страдания и даже – существенный духовный ущерб.
История христианства полна сложностей на эту тему, так как даже Римский Понтификат остерегался пренебрегать словами Павла, и даже коронованные особы десятилетиями не могли получить церковное право на повторный брак после развода, случившегося (или назревшего) не по причине прелюбодеяния.
Сложившаяся традиция толкования библейских законов о браке такова, что виновная сторона, нарушившая супружескую верность, не может получить библейского права на повторный брак до тех пор, пока так называемая невиновная сторона ни воспользуется своим правом на создание новой семьи. При этом, здравое влияние религиозного сообщества всегда было и будет в пользу того, чтобы вместо создания нового союза эта невиновная сторона сподобилась духовной силы – простить и принять обратно согрешившего…
Однако правда заключается в том, что кроме идеалов и христианского стремления к ним, существует и действительность, которая непременно делит все наши идеалы на слабости греховного человеческого естества… И именно такие, самые обычные и реальные люди (то есть – все мы) являются главной ценностью Небес…
Как быть, например, тем из нас, кто оступился и впал в прелюбодеяние, в следствие чего их брак распался, а невиновная сторона никак не готова пойти на восстановление отношений, хотя при этом продолжает блаженно хранить верность согрешившему супругу? Что он может сделать в этом случае? Годами ждать помилования? Молиться о том, чтобы бывшая жена или муж скорее вступили в повторный брак? Не желать ли грешным делом, помилуйте великодушно, смерти бывшему спутнику жизни, если только смерть и может их по-настоящему освободить друг от друга? Или махнуть рукой на церковную дисциплину и вопреки правилам устроить свою жизнь с новым человеком?
Ввиду того, что только Богу известны духовные и душевные силы каждого из нас, Церковь, на мой взгляд, должна быть всегда свободна от склонности к осуждению тех верующих, решения и шаги которых не дотягивают до абсолютного церковного идеала.
На что же такие «неидеальные» христиане могут рассчитывать? По меньшей мере на то, что Церковь будет для таких, как они, территорией безопасности, благодати и неосуждения. Это их личная жизнь, и только они ответственны за неё пред Богом, а Церковь в свою очередь должна быть рядом вовсе не для того, чтобы диктовать нормы поведения, а для того, чтобы поддерживать веру и надежду на благость Господа в сердцах всех тех, кто попал в беду…
Такой подход возможен лишь в том случае, если христианская община обладает духовной зрелостью. Но, к сожалению, чаще получается наоборот – так как для незрелого религиозного сообщества концепции обыкновенно важнее человеческой личности, «благополучные» верующие таких общин считают своим священным долгом выражать осуждение в адрес тех, кто этим концепциям не в силах соответствовать…
Если к этому добавить склонность некоторых конфессий к исключению и последующему перекрещиванию нарушивших церковную дисциплину прихожан, то все эти процедуры способны травмировать или даже окончательно сломать и без того надломленного человека. За свою пасторскую практику я не раз встречал людей, которые из-за предполагаемых реакций Церкви на их назревающие перемены предпочитали выйти из общины по личному заявлению, чтобы вне Церкви разрешить свои семейные сложности, а затем снова возвратиться (иногда с новым спутником жизни), попросив повторного крещения (некая игра в «кошки-мышки».
Бывает и так, что, например, женщина оставляет мужа по той причине, что он – настоящий религиозный деспот и в обращении с ней – порядочная скотина, превращающая её жизнь в сущий ад. При этом эта порядочная скотина десятилетиями хранит ей супружескую верность, в связи с чем она вынуждена либо действовать независимо от Церкви, либо, покинув его, навсегда оставаться безбрачной (кстати, в аналогичной беде могут оказаться и братья…) И мы ничего толком не можем посоветовать, кроме как – «Что-ж… смиряйся, сестра, и возвращайся в покорность своему угнетателю».
А может быть ничего и не надо советовать, а просто оставаться всегда рядом с тем, кто проходит столь непростой путь? Может быть лучшее из всего, что мы можем сказать, будет следующее: «Знай, как бы ты ни поступила, мы никогда тебя не покинем… Ты всегда будешь дорога и желанна для нашей духовной семьи… Это твой путь, а мы хотим и будем с тобой рядом… Слушай своё сердце!»
Предвижу, как наши драгоценные законники уже закипают: «Разве мы не должны под угрозой церковного отлучения добиться правильных шагов брата или сестры? Разве страх быть отторгнутым от церковного братства не будет хорошим союзником для здравых решений?»

Я лично глубоко убеждён в том, что у страха по определению не может быть никаких по-настоящему добрых плодов… Вместо запугивания и без того подавленного человека, нам всем очень стоит сподобиться христианского смирения и признать безысходность нашей человеческой близорукости… Мы не видим всего, и не можем ничего диктовать, а быть рядом мы и можем, и должны… Главное, чтобы безо всякого «праведного» раздувания ноздрей мы внутренне признали её или его право пойти путём личного, независимого от Церкви, мнения, при этом – ничем не рискуя… Таково Евангелие Благодати!

Другой родственный этому вопрос заключается в предписанном обязательстве для всех приверженцев конфессиональных идеологий выбирать себе супруга или супругу только среди своих единоверцев… Церковь обычно очень настойчиво следит за тем, чтобы право человека искать своё супружеское счастье было ограничено исключительно рамками конкретной деноминации.
В целом я вполне признаю то, что это не такая уж и плохая цель… Хорошо, когда люди живут вместе не только где-то, но ещё и куда-то… Чем больше в нашей жизни вещей, которые мы можем делать вместе, тем надёжней наш супружеский союз… Есть ценность в том, чтобы жить в одном направлении, но только с одной существенной оговоркой – жить без всякого принуждения…
Если честно, я никогда не посоветовал бы христианке соединить свою жизнь с очевидным безбожником. Но правда ведь заключается в том, что безбожников по духу полным-полно и внутри наших конфессий, равно как и за их пределами немало людей духовных и глубоко верующих. А поэтому абсурдно апостольские советы типа: «…Свободна выйти, за кого хочет, только в Господе» (1Кор.7:39) замыкать исключительно рамками одной конфессии.
Тем более, что конфессий в мире стало несметное множество, и почти каждая из них всех прочих верующих считает «чужим ярмом», под которое не велено «преклоняться» их пречистым «избранным».
На мой взгляд именно окопная философия исключительности так называемых «остатков» и догматизированное деление христианского сообщества на «истинно-истинных» и тех, кто якобы исповедует вероучительные заблуждения, породили запреты на любые межконфессиональные браки.
Между тем, именно Бог – автор и сексуальности, и супружества… Есть у Него и те люди, кто наделён даром безбрачия, но сие – скорее редкость, нежели норма. Большинство людей решительно не способны к одиночеству, и поэтому не случайно апостольское слово даже вдовам рекомендует не оставаться одинокими, но вступать в брак, рожать детей и заниматься семейным хозяйством (см. 1Тим.5:14).
Я извиняюсь, но мне лично известны десятки взрослеющих сестёр, которые никогда ещё не были замужем, ибо под страхом церковных судов и проклятий всё ещё ждут конфессионального принца с предложением руки и сердца. Где уж тут, простите ради Бога, ещё вдовам дождаться достойного предложения? И это – вовсе не либеральные сомнения, а – христианская действительность, усугублённая тем ещё, что из этого вопроса наше священноначалие пытается сделать камень испытания подлинной веры.
Мне же представляется, что ни одна конфессия не должна обрекать своих прихожан на десятилетия ожиданий «с моря погоды», или побуждать их идти на поводу таких обстоятельств где «на безрыбье и рак – рыба»… Пусть все, не имеющие дара безбрачия, молятся, просят у Бога личного водительства, дружат и общаются со всеми христианами, посещают разные межконфессиональные мероприятия и слушают при этом своё сердце… Не подарит ли Бог настоящую весну любви для верующей души?
В связи с этим, как я понимаю это теперь, оглядываясь на без малого двадцать два года моего пасторского служения, ключевую роль в счастливом устройстве брака играет совсем не принадлежность к одной деноминации, но христианская обращённость людей и их способность признавать за другими (включая спутника жизни) право на религиозную свободу и пространство для личного возрастания в Боге. Даже среди атеистов немало людей, глубоко чувствующих право другого человека на личные убеждения, чистую совесть и искреннюю веру…
А если человек к этому не способен, то уже совсем неважно, что он будет навязывать в своей семье – вегетарианство ли, распространение газет или молитвы на иных языках, суть в том, что он уже опасен для свобод, подаренных Самим Богом его избраннице или избраннику.
Так что, именно в этом стоит разобраться всем желающим создать счастливую семью. Если свобода совести для вступающих в брак свята и непреложна, если они обладают такой чуткостью, чтобы не посягать на личностные свободы друг друга, если внутри своих сердец они отказались от намерений воспитывать друг друга, то с огромной вероятностью Бог благословит такую семью настоящим счастьем, даже если один из них никогда не был в Церкви.
А «встрять» в такой вид супружества, где за месяц наживёшься «выше крыши» можно и внутри одной конфессии. И такое, к сожалению, случается очень и очень нередко… Если «добивающийся руки» или «принимающая ухаживание» склонны авторитарно решать – что кушать другому, а что не кушать; какую слушать музыку, а какой быть в доме не должно; во что одеваться, а что – навсегда с себя снять, если ещё на этапе христианской дружбы звучат религиозные упрёки, читаются морали и нотации, то такие люди точно пока не готовы к браку.
По духу такие верующие – самые настоящие религиозные экстремисты, с которыми не только в брак вступать, но даже дружить необходимо с большой осторожностью, невзирая на то, что возможно ваши первые детские зубки могли прорезаться на одном и том же церковном подоконнике, и вы с детства ходили в одну и ту же общинную следопытскую группу.
Но как бы там ни было, задача Церкви в любом случае заключается в том, чтобы дать вере человека твёрдое знание о том, что он свободен решать столь личный вопрос непосредственно с Богом, Который никогда от нас не прячется…
Все верующие должны знать о том, что Господь не проклинает Своих оступающихся детей и никогда не сводит с нами счёты. Вопреки вечному опасению вседозволенности, Церковь должна сделать всё, чтобы убедить стоящих на распутье брата или сестру в том, что не существует таких шагов, после которых Бог стал бы любить их меньше и тем более – чтобы Он отказался от него или от неё из-за каких-то ошибок.
Как же тогда мы сможем влиять на решения такого человека, если не будем эксплуатировать предполагаемую потерю благословений и возможную утрату спасения? А никак! Ибо жив Тот, Кто знает точно, как влиять… А мы в свою очередь должны твёрдо знать о том, что никогда и ничего человек не должен делать, исходя из страха или опасений… Никто и никогда не должен действовать под давлением или по принуждению, но – исключительно по вере и велению собственного сердца…
И поэтому как никогда в иное время стоящий перед выбором или проходящий через жизненный кризис человек должен ясно услышать о том, что Бог всю возможную и невозможную его вину в самой полной мере возложил на Себя Самого и на Кресте Голгофы уже расплатился за всю эту вину Своей собственной жизнью. Пусть Его дети действуют искренне и чистосердечно, доверившись не какому-то «бумажному» или «приходскому», но – живому Богу, при этом не боясь ошибиться…
Каждый, оказавшийся в беде и проходящий через свою несостоятельность соответствовать церковным нормам должен услышать ясную весть о том, что ни за какую вину человека нельзя платить дважды, и, если Иисус – наш Искупитель, тогда Им мы в полной мере расплатились за все свои грехи и любые наши ошибочные шаги.
Разве нам не известно то, что лучшие свои решения человек принимает тогда, когда он свободен от страхов? Почему же тогда ни сказать всем верующим и всякому гостю наших собраний о том, что всевозможные наши ошибки были зачислены на счёт нашего Спасителя, а всем нам по вере вменяется Его безупречная праведность, так что уже сейчас мы может стоять пред Господом в безупречной чистоте не потому что нашли силы поступить по церковному предписанию, но исключительно потому что нам по вере уже принадлежит чистота Христа… Разве не таково Евангелие Благодати?
Но не дадим ли мы таким Евангелием некий карт-бланш для прихожан на необдуманность и легкомыслие? Не подтолкнёт ли такая потрясающая весть какую-нибудь мятущуюся душу к исключительно неверным шагам? Может быть страх потери спасения и ожидание суда (в том числе и церковного) могли бы сослужить добрую службу и всё же побудить такую душу прилагать лучшие усилия для сохранения собственной разваливающейся семьи или при выборе спутника жизни?
Простите, глупости и безверие – скажу я Вам! Так мы мыслим лишь тогда, когда почти не верим в способность Бога лично касаться сердца человека… Мы мним себя Его заместителями и в десятки раз больше верим в свою собственную способность манипулировать своими единоверцами, нежели в созидательность личных отношений человека с Богом… Зато мы не сомневаемся в том, что Он уж точно никогда не даст Своего благословения на любовь баптиста к адвентистке или православного – к католичке…
Чтобы сие исправилось и исцелилось, каждая община верующих должна накрепко усвоить то, что любая наша попытка манипулировать единоверцами с помощью угроз, взысканий, ультиматумов, особенно с использованием риторики религиозного проклятия, говорит о нашей коллективной духовной незрелости. Из этой незрелости проистекает и весь безбожно-церковный бред на тему – «Если не сделаешь так, как у нас принято; так, как мы верим; так, как мы говорим, — тогда убирайся от нас прочь!» Ущербные и неспособные помнить о том, что во Христе нам дана «благодать на благодать» (Ин.1:16), мы скорее верим в силу учрежденческих угроз и проклятий.
А между тем всякий, стоящий на распутье, должен ещё раз предельно ясно услышать именно от Церкви благую весть о том, что даже если он (или она) предпримет самые безумные с точки зрения окружающих «праведников» шаги, Отец Небесный никогда не покинет его, ибо подтверждением этому служит то, как безмерно дорого все мы достались Небу. Иисус пережил всю тяжесть оставленности, чтобы мы никогда её не переживали…
Бог заплатил огромную цену за Своё право миловать тех, кто ошибается, и Он обязательно бросится на помощь нам, когда мы спотыкаемся и падаем. Разве не так мы (искалеченные грешники) бросаемся на помощь нашим оступающимся детям? Ещё раз повторюсь – именно люди были и будут главной ценностью Небес… Не концепции, а именно люди… И собственно – человечность, а не суббота и не дар иных языков, – главное знаменье истинной веры…
Нет сомнений в том, что даже тогда, когда мы совершенно сознательно покидаем Бога, Он предпринимает все нечеловеческие усилия, чтобы снова завоевать наши черствеющие сердца, ибо всегда безмерно любит нас и спокон века от всей Своей Отеческой Души тоскует по нам.
Даже тогда, когда наша репутация в глазах людей крайне испорчена и нам кажется, что весь мир и Церковь нам враждебны, наше благополучие по-прежнему в руках Того Бога, Который всегда любит и силен всё исцелить и всё устроить в нашей переломанной жизни. Час нашего полного исцеления впереди, и он обязательно состоится…
Почему бы ни довериться этому Христа ради?
АМИНЬ!
Александр Степанов КРАТКИЕ ПРОГУЛКИ ПО ИЗВЕСТНЫМ ТЕОРИЯМ — 9

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Войти с помощью: