РАЗБОЙНИК НА КРЕСТЕ, или РОЖДЕНИЕ СВЫШЕ

РАЗБОЙНИК НА КРЕСТЕ, или РОЖДЕНИЕ СВЫШЕ


РАЗБОЙНИК НА КРЕСТЕ, или РОЖДЕНИЕ СВЫШЕ

Евангелие от Луки 23:39
«Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: если Ты Христос, спаси Себя и нас.
Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же?
и мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал.
И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!
И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю.»

Речь пойдет о том, ЕДИНСТВЕННОМ, который получил твердое, ГАРАНТИРОВАННОЕ заверение своего спасения и жизни вечной.
А возникли эти рассуждения в связи с недавно заданным мне вопросом:
ЧТО ЕСТЬ РОЖДЕНИЕ СВЫШЕ ?
Как понять- рожден ли ты?
Что надо сделать для этого?

Не претендуя на полноту ответа, все же хотел поделиться несколькими возникшими в связи с этим- мыслями.
Христово Евангелие в том, что спасение это безусловный акт Голгофы. Это не то, что так легко потерять, едва мы согрешили. Что Бог не вычеркивает и не записывает нас в книгу жизни десятки раз на дню.
Что СДЕЛАННЫЙ грех, это такой же грех как и грех мысли, или желания- посмотрел- уже согрешил. (Матф.5:28)
Что одна из самых нарушаемых заповедей декалога, это не заповедь о субботе, и не первая, а десятая. (Исх.20:17 Не желай …)
Именно эта заповедь подпитывает собой каждый наш грех и порождает его к жизни.

Благодаря этому я понимаю, что я грешник до последней клеточки и кусочка кожи, что я ничего не могу изменить в себе, что мой грех ведущий к смерти — это на уровне природы и генетики, и даже если я буду пытаться делать»хорошие» дела, они будут так же плохи как и самые плохие ибо все равно насквозь пропитаны эгоизмом, тем самым- «не пожелай».
Что спасение- это исключительно дело Божие, и единственное что я могу- это вопиять — Господи, помилуй меня грешного!
Но даже и этот вопль лишь потому что меня коснулась Его благодать.
Как потрясающе сказал апостол Павел – лишь «Благость Божия ведет тебя к покаянию. (Рим.2:4).

И есть тут еще один момент.
Разбойник на кресте.
Мы в церкви учим что это был исключительный случай.
Покаялся и умер. Многие говорят- вот бы мне так, ибо если не умер, то дальше идет труднейший процесс освящения, узкий путь, тесные врата….
А тому хорошо было в этом плане, он как головня выхваченная из огня.
(Зах.3:2 И сказал Господь сатане: Господь да запретит тебе, сатана, да запретит тебе Господь, избравший Иерусалим! не головня ли он, исторгнутая из огня?)
Но не все ли мы такие головни?
Нет разницы в спасении у него и у нас. Жизнь, которая продолжается, ничего не меняет если каждый миг твое сердце вопиет:
— Господи, помяни меня в царствие Своем, когда придешь!
Может это и есть рождение свыше?

История разбойника на кресте — это не случай исключения, это жизнь всех нас, это все мы, каждую минуту своей жизни.
Мне очень нравится аналогия Библии — Отец и дети.
Что может натворить мой ребенок что б я его не простил?
И если сто раз натворит- все равно прощу.
Разве я прогоню свою дочь из дома если она выйдет замуж не за того, кто нравится мне, а за того кто нравится ей?
Разве я возьму ее на замечание, или поставлю в угол, если вдруг ее избранник окажется членом иной чем она церкви, если он иначе понимает Господа, или пока не понимает Его ни как?
А если она начнет есть не то, пить не то, что предписано нормами или традициями нашей семьи? Не то носить, не те песни петь, или — Упаси Боже, пойдет на танцы?

Почему же церковь, провозглашающая себя семьей для таких людей, спешит от них избавиться, едва только брат или сестра посмеют отойти от освященных временем традиций и устоев?
Не о них в этот момент думает церковь, а о самой себе, как бы не замараться общением с такими. Как бы кто на стороне не подумал- что это наш (наша). Долой ее из церкви. И вот уже членское, нравоучительная проповедь пастора и поднятые дружно вверх руки. И вздох облегчения. Мы избавили свои ряды от греха, мы теперь еще на один шаг ближе к небу.

Ну да не о церкви я хотел говорить, это отдельный вопрос.
Я понимаю что этот пример с родителями и детьми все же ущербный, родители бывают разные, но Бог- это лучший Отец. Он любит своих детей гораздо больше чем мы можем себе представить. И сколько б раз, мы как блудные дети не уходили от Него- он всегда ждет нашего возвращения, с белой одеждой, с приготовленным пиром и распахнутыми объятиями
Мы ничего не можем сделать такого, что б Он отвернулся.

Некоторые говорят — Но ведь это же проповедь принципа — «Спасен однажды спасен навсегда.»
И да и нет.
Это не кальвинизм с его предопределением, это любовь в свободе. Любовь Бога, и наша свобода — всегда к нему идти.
Есть лишь одно исключение, если блудный сын не идет. Но тогда Бог идет Сам и ищет, как потерянную овцу или драхму.
Но в отличии от притчи о блудном сыне- мы не можем возвращаться ногами и телом. Рождение свыше, — это возвращение души.
Как и в чем — не знаю, может быть вот этим самым воплем — «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня грешного. Помяни меня когда придешь в Царствие Свое.»

И еще один вывод я вижу в истории разбойника.
Его распятые руки и ноги.
Вот он, блудный сын о котором говорит Библия, тот самый возврат души.
Мы делаем неверный вывод из этой истории. Бог хотел нам показать в ней не то, что мы увидели.
Бог в ней хотел сказать, что для спасения, не только достаточно одного лишь вопля, не только то — что все мы головни вырванные из огня, (даже самые лучшие из нас, как Иисус, сын Иоседеков, великий иерей Зах.3:2), но еще и то, что распятые руки и ноги разбойника ничего не могли сделать для своего спасения.
У нас есть хороший призыв, взятый из Библии- слова Христа:
Матф.16:24 » если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною».
Но к сожалению мы останавливаемся на этом. И таскаем этот крест всю свою жизнь.
Но ведь мы не закончили аналогию.
Мы не довели слова -Следуй за мной! — до их логического завершения.
Следуй куда?
На Голгофу.
А там тебя распнут как разбойника, и все что ты сможешь сделать- лишь вопиять: — Помяни меня Господи!

Ничего мы сделать не можем если только потихоньку не сбежали с этим крестом от распятия, и бегаем с ним от кафедры к кафедре, от дома к общине и обратно и всех учим поступать также, носить и носить свой крест.
Чем этот образный крест тогда отличается от креста буквального на шее у католиков, которых мы так ругаем за это?
Мы также, как и они, пытаемся заработать спасение ношением креста.
Взявший крест идет умереть, а не на прогулку с ним длинною в жизнь.
А распятие — это не испытания и не гонения а распятие нашего Я, через признание того, что я ничего не могу сделать для своего спасения.
Отвержение своего Эго, своего постоянного: Я могу, Я исполню, Я сделаю, я обещаю Тебе Господи…

Что ты можешь обещать?!
Признать свою полную несостоятельность, поверить в нее, принять свое бессилие.
Так ведь хочется хоть чуть-чуть помочь Богу нас спасти. Если даже не потому, что Он нуждается в помощи, то хотя бы ради нашей уверенности что спасение состоится, или в качестве доказательства, опять таки, хотя бы самому себе- что оно состоялось!
Это так сложно не делать ничего для своего спасения, и так просто.
Ибо все уже сделал Господь.

Мироненко Игорь.

+ Комментариев пока нет

Добавьте свой

Войти с помощью: