ЗАТЁРТЫЕ ЗНАЧЕНИЯ

Один израильский политик, как и его последователи, носит значок с изображением веревочной петли. Он так его любит, что ему даже торт такой на ДР подарили. Так вот вам моя экзегеза: это совсем не то, что вы подумали, а морской узел. Этот политик очень увлекается этими узлами, они для него символизируют нерушимую дружбу арабского и еврейского народов.

Скажете, что я сбрендил или над вами издеваюсь? И будете правы.
А теперь включаю режим «яжебиблеист». Читаем Мк 8:31-35:

Тогда Он начал им объяснять, что Сыну Человеческому предстоят великие страдания, что отвергнут его старейшины, первосвященники и книжники, что будет Он убит и через три дня воскреснет. И это Он говорил им открыто. А Петр отвел Его в сторону и стал уговаривать от этого отказаться. И тут, обернувшись и оглядев Своих учеников, Он строго выговорил Петру:

– Прочь, сатана! На уме у тебя не Божье, а человеческое.
А потом Он подозвал народ вместе с учениками и сказал им:
– Кто хочет следовать за Мной, пусть отречется от себя самого, ἀράτω τὸν σταυρὸν αὐτοῦ, и следует за Мной. Кто захочет сберечь свою душу – тот ее погубит, а кто погубит ее ради Меня и ради Евангелия, тот ее сбережет.

Это мой перевод, но тут я одно выражение (ἀράτω τὸν σταυρὸν αὐτοῦ) оставил без перевода, и сейчас поймете, почему.

Синодальный перевод дает вариант «возьми крест свой» (кстати, тут неточность – в греческом это третье лицо, а не второе).

Я перевожу «поднимет крест, на котором его распнут». Почему? Да очень просто. В современном русском литературном языке, на который я и перевожу, выражение «я несу свой крест» обычно означает: у меня жена дура или муж алкоголик, начальник сволочь, дети дебилы, денег мало, но мы держимся и не особо жалуемся, всё равно без толку.

Вот уж точно не это Иисус имел в виду. А что именно? Ну перечитайте отрывок еще раз: он говорит о своей неизбежной мучительной смерти, потом о кресте, а потом подводит итог: нужно душу свою погубить, чтобы ее спасти. Я не понимаю, какие нужно иметь глаза, чтобы не увидеть здесь ясного указания на распятие – самую позорную и мучительную казнь, к тому же демонстративную, которая была отлично известна любому жителю Римской империи и ее окрестностей.

Вы скажете, что Иисуса еще не распяли к тому моменту? Ну да, так и в Израиле еще никаких террористов не приговорили к смерти, и не факт, что приговорят. Но коннотация там и там очевидна. К тому же текст всех Евангелий писался ПОСЛЕ распятия и для людей, которые ПРЕКРАСНО о нем знали.

Кстати, Евангелие от Марка – судя по всему, хронологически первое.
Говорят мне, что якобы Иисус имел в виду палку с перекладиной, на которой римский легионер нес свое снаряжение. Дескать, пора выступать в поход на врагов (привет военно-патриотическому православию)! Но та палка и словом другим называлась (furca), и контекст не тот. Это ровно вот тот случай с морскими узлами и петлей: экзегеза, которая убирает неприятное.

Говорят мне, что это очень неприятно и неловко – признавать себя достойным смерти и идти на нее добровольно? Ну да. А подставлять другую щеку? А вырывать себе глаз? Но разве это повод переписывать оригинал и заменять ясный его смысл расплывчатой манной кашей с елеем и малиновым сиропом?

Но у меня есть идея еще лучше. Говоря «пусть возьмет свой крест», Иисус имел в виду ювелирное украшение, кому какое положено по сану и по достатку: кому золотое, кому всего лишь серебряное, а кому даже и с брильянтами. Согласны? Ведь так даже еще лучше выходит. Удобнее. И сразу видно, кто у кого благословение должен брать, ручки лодочкой.
Ладно, шучу.

Андрей Десницкий